Электронная библиотека
Форум - Здоровый образ жизни
Разговоры на общие темы, Вопросы по библиотеке, Обсуждение прочитанных книг и статей,
Консультации специалистов:
Рэйки; Космоэнергетика; Учение доктора Залманова; Йога; Практическая Философия и Психология; Развитие Личности; В гостях у астролога; Осознанное существование; Фэн-Шуй, Обмен опытом и т.д.


Бах Ричард - "Чайка Джонатан Ливингстон"   

 

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Джонатан наблюдал, паря над Дальними Скалами. Этот парень - Чайка Флетчер Линд - оказался практически идеальным учеником. Сильный, легкий и быстрый, он обладал также самым важным качеством - пламенным стремлением научиться летать по-настоящему.
В это мгновение появился и сам Флетчер - серой молнией он пронесся мимо своего инструктора, выходя их пике на скорости в сто пятьдесят миль в час. Вот он рывком вошел в медленную шестнадцативитковую вертикальную бочку, громко отсчитывая вслух точки переворотов.
-....восемь... девять... десять... Джонатан-смотри-я-теряю-скорость... одиннадцать... я-хочу-добится-четкой-фиксации-как-у-тебя... двенадцать... вот-досада-кажется-я-смогу-сделать-только... тринадцать... эти-последние-три-витка... без.. четыр... а-а-а!!!
Каждая неудача приводила Флетчера в неописуемую ярость. И особенно для него не могло быть ничего хуже, чем сорваться почти в самом верху и, опрокинувшись, кувырком полететь вниз, вращаясь вверх лапами в корявом штопоре. Ему удалось выйти из этого позорного падения только когда он был уже на сто футов ниже инструктора. Жадно хватая клювом воздух, он наконец выровнялся.
- Джонатан, ты напрасно тратишь на меня время! Я бездарен и туп! Стараюсь, стараюсь, но ничего не выходит! Чайка Джонатан взглянул на него сверху вниз и кивнул:
- Ты прав - не получится... Если будешь так жестко заходить на подъем. Флетчер, ты потерял сорок миль скорости еще в самом начале! Из пике следует выходить плавно. Ты должен течь! Необходимо совместить твердость и текучесть. Запомнил? Он спикировал вниз, на уровень ученика.
- Давай-ка попробуем вместе - звеном. И обрати внимание на выход из пике - плавно и очень легко...
Прошло три месяца. У Джонатана появились еще шесть учеников. Все шестеро были Изгнанниками, и всех очень интересовала странная новая идея - летать ради радости полета...
Правда, им было гораздо легче освоить сверхсложные технические приемы, чем понять, для чего это нужно. По вечерам на песчаном берегу Джонатан говорил им:
- Каждый из нас воплощает идею Великой Чайки - ничем не ограниченную идею абсолютной свободы. Потому точность и совершенство полета - только первый шаг на пути к раскрытию и проявлению нашей истинной сущности. Необходимо избавиться от всего, что ограничивает. Вот зачем это все нужно - скоростные полеты, предельное снижение скорости, высший пилотаж...
А его ученики мирно посапывали тем временем во сне, утомившись после дня полетов. Им нравилось тренироваться - их увлекали скорость и возможность с каждой последующей тренировкой узнать что-то новое, утоляя тем самым все возраставшую жажду знаний. Но ни один из них, даже Чайка Флетчер Линд, пока что не пришел к осознанию реальности мысленного полета. Они еще не умели поверить в то, что полет мысли и полет ветра и крыльев - явления в равной степени материальные.
- Все ваше тело - от кончика одного крыла до кончика другого, - снова и снова повторял Джонатан, - есть собственно мысль, воплощенная в форме, доступной вашему зрению. Разорвав путы, сковывающие вашу мысль, вы разорвете и путы, сковывающие ваши тела...
Но сколько бы силы он ни вкладывал в эти слова, они звучали для них подобием волшебной сказки. Гораздо больше в этот момент они нуждались в сне и отдыхе...
Всего лишь месяц спустя Джонатан сказал, что пришла пора возвращаться к Стае.
- Но мы еще не готовы! - возразил чайка Генри Кэлвин. - И потом, нас ведь никто туда не звал! Мы - Изгнанники! И не можем позволить себе явиться туда, куда нас не звали. Что, разве не так?
- Мы свободны - и потому вольны идти, куда хотим, и быть самими собой везде, где бы мы ни находились. - С этими словами Джонатан поднялся в воздух и повернул на восток - к угодьям, где обитала Стая.
Ропот замешательства прокатился среди учеников - каждый из них мучился вопросом: как поступить?
Закон Стаи гласил: Изгнанники не возвращаются. И за последние десять тысяч лет Закон этот не преступал никто. Голос Закона запрещал: и думать не смейте о возвращении. Джонатан сказал: возвращайтесь не задумываясь.
И Джонатан уже летел над водой и был в миле от них. Если они еще немного помедлят, он встретится с враждебной Стаей один.
- Нас изгнали. Мы не принадлежим к Стае. С - какой стати мы должны обращать внимание на Закон Стаи? - произнес Флетчер, обращаясь, скорее, к самому себе, чем к остальным. - И к тому же, если на него нападут, от нас больше толку будет там.
И они появились в то утро, они ввосьмером пришли с запада стройным звеном в форме двойного ромба. Они летели четко и слаженно, практически касаясь друг друга кончиками крыльев. Со скоростью ста тридцати миль в час они пронеслись над пляжем, где обычно проходили общие собрания Стаи. Джонатан - впереди, Флетчер - непринужденно и легко - справа от него. Генри Кэлвин, стараясь не отставать и не выпадать из общего ритма - слева. Затем все звено, как одна птица, сделало медленный вираж вправо - участок горизонтального полета - переворот - горизонтальный участок - слышно было только, как свистит рассекаемый ими ветер.
Крики и кряки повседневного быта Стаи смолкли, словно звено птиц над пляжем было гигантским ножом, вмиг отсекшим все привычные звуки. Восемь тысяч птичьих глаз, не мигая, напряженно следили за ними.
Одна за другой все восемь птиц взмыли вертикально вверх - мертвая петля - а потом - прямо из мертвой петли - вышли в пике, закончив полет посадкой с мгновенной остановкой. Затем, словно это входило в обычную ежедневную программу. Чайка Джонатан, как ни в чем не бывало, приступил к разбору полетов.
- Во-первых, - слегка усмехаясь, говорил он, - все вы без исключения опоздали занять свое место в строю. Вам не хватает быстроты реакции, чтобы действовать синхронно...
Молнией одна и та же мысль промелькнула в голове каждой чайки в Стае:
- Изгнанники! И они вернулись! Но это... этого не может быть! Так не бывает!
Замешательство Стаи было настолько глубоким, что все опасения Флетчера относительно того, что их будут бить, мигом растаяли как дым. Стая оцепенела.
Тем не менее некоторые из молодых чаек в стае позволили себе проявить интерес:
- Ну да, конечно, они - Изгнанники. О'кей. Но парни, где они научились так летать?
Целый час потребовался для того, чтобы постановление Председателя обошло всю Стаю:
- Не сметь обращать на них внимания. Игнорировать. Всякий, вступивший в беседу с Изгнанниками, сам подлежит немедленному изгнанию. Наблюдение за Изгнанниками расценивается как нарушение Закона.
И, начиная с этого момента, Джонатан видел только обращенные в его сторону серые хвосты, что, впрочем, нимало его не смущало. Все последующие тренировки он проводил над Берегом Совета. И впервые он старался выжать из своих учеников все, на что те только были способны.
- Чайка Мартин! - кричал он на все небо. - Ты говорил, что постиг искусство медленного полета. Докажи! Себе докажи! Ты можешь знать все что угодно, но пока ты не доказал это на практике, ты не знаешь ничего! ЛЕТИ!
И тихий Крошка-Мартин Уильям удивил самого себя. Оказавшись в центре внимания, да еще к тому же и под нажимом инструктора, он неожиданно принялся демонстрировать чудеса искусства полета на сверхмалых скоростях. Используя легчайший ветерок, он умудрялся придавать неподвижным крыльям такую кривизну, что они практически вертикально поднимали его к самым облакам. После чего он, - опять-таки без единого взмаха крыльями, снова медленно опускался на песок.
А Чайка Чарлз-Роланд оседлал Великий Ветер Гор и поднялся на двадцать четыре тысячи футов. Возвратился он весь посиневший от холода, но счастливый и с твердым намерением на следующий день взлететь еще выше.
Чайка Флетчер - он больше всех любил высший пилотаж - победил-таки наконец шестнадцативитковую восходящую бочку. Более того, он превзошел себя, выполнив над пляжем тройной переворот через крыло. Перья его сверкали белизной в лучах солнца, а с пляжа за ним украдкой наблюдала далеко не единственная пара глаз.
И все время Джонатан был рядом с учениками. Он показывал, предлагал новые решения, а иногда и выполнял роль ведущего. Вместе с ними он был в небе в дождь и ветер - они летали просто так, ради того, чтобы летать. Продрогшая же Стая беспомощно толклась в это время на сыром унылом пляже.
По окончании полетов ученики отдыхали на песке. Со временем они научились прислушиваться к объяснениям Джонатана. Конечно, его идеи нередко выглядели в их глазах по меньшей мере странными, и постичь их ученики не могли, но кое-что было им понятно и казалось вполне резонным.
Постепенно вокруг кольца учеников, окружавших Джонатана, образовалось еще одно кольцо, состоявшее из любопытствующих. Они тайком приходили по ночам, чтобы долгими часами слушать объяснения Джонатана. Появлялись они в темноте, прячась друг от друга, и уходили затемно, чтобы не быть узнанными и никого не узнать.
Через месяц после Возвращения произошло событие - первая чайка откололась от Стаи, перейдя "демаркационную линию" и попросившись к Джонатану в ученики. Совершив этот поступок. Чайка Терренс Лоуэлл приобрел статус отверженного и его тут же объявили Изгнанником. Так он стал восьмым учеником.
На следующий вечер из Стаи ушел Керк Мэйнард. Хромая, он брел по песку, он всхлипывал, а левое крыло его беспомощно волочилось за ним. Он рухнул на землю к ногам Джонатана и голосом умирающего попросил:
- Помоги мне. Больше всего на свете я хочу летать.
- Летай, - сказал Джонатан. - Поднимайся со мной вместе и начнем обучение.
- Ты не понимаешь. Мое крыло... Я им не владею. Я не могу им пошевелить.
- Чайка Мэйнард, ты волен быть самим собой, ты свободен осознать свою истинную сущность и быть ею, здесь и сейчас, и ничто не в силах тебе воспрепятствовать. Таков Закон Великой Чайки, и это - единственный объективно существующий закон.
- Ты хочешь сказать, что я могу летать?
- ТЫ СВОБОДЕН, - вот что я говорю. Легко, просто и быстро Чайка Керк Мэйнард расправил крылья и без малейшего усилия взмыл в темное ночное небо. Спящую Стаю разбудил его торжествующий крик. Паря на высоте ста футов, Керк во весь голос вопил:
- Л лечу! Слушайте! Я МОГУ ЛЕТАТЬ!!! Когда над горизонтом показался краешек восходящего солнца, Джонатана и его учеников уже окружало около тысячи птиц, изумленно взиравших на Мэйнарда. Им было все равно, видят их или нет. Они прислушивались к словам Джонатана, усердно пытаясь что-то понять.
А говорил он о вещах простых и само собой разумеющихся: каждая птица имеет право летать, свобода есть сущность каждого, и потому все, что ее ограничивает, должно быть отметено прочь, будь то традиция, суеверие или любое другое ограничение в какой угодно форме.
- Прочь? - раздался голос из толпы. - Даже если это - Закон Стаи?
- Единственный объективно существующий закон - тот, что дает освобождение, - ответил Джонатан. - Других законов нет.
- Как, по-твоему, мы можем научиться летать так, как летаешь ты? - прозвучал другой голос. - Ты - особо одаренная птица Божественного происхождения, ты выше всех прочих птиц...
- Посмотрите на Флетчера! Лоуэлла! Чарлза-Роланда! А Джуди Ли? Они - тоже особо одаренные птицы Божественного происхождения? Не более, чем вы все. И не более, чем я. Просто они, в отличие от вас, осознали свою истинную природу и стали жить сообразно своему знанию. Все его ученики, за исключением Флетчера, неловко поежились: они вовсе не были уверены, что все обстоит именно так...
Изо дня в день толпа росла. Приходили задавать вопросы, поклоняться, проклинать.
- В Стае говорят, что ты - либо сам сошедший на землю Сын Великой Чайки, либо опередил свое время на тысячу лет, - сообщил однажды Джонатану Флетчер после утренней отработки сверхскоростных полетов.
Джонатан вздохнул. Вот она - цена непонимания. Либо Бог, либо дьявол.
- А сам-то ты как думаешь, Флетч? Опередили мы свое
время? Молчание. Потом Флетчер неуверенно заговорил:
- Ну, в общем-то, всегда было можно научиться так летать. Нужно было только захотеть. Время тут ни при чем. Хотя, возможно, мы опережаем моду... Общепринятый стереотип о полете чаек.
- Это уже легче, - сказал Джонатан, перевернувшись через крыло, и некоторое время летел вниз спиной. - Все же лучше, чем опережать время.
Это произошло всего неделю спустя. Флетчер показывал группе новых учеников элементы практики скоростного полета. Он как раз вышел из пике с высоты семи тысяч футов и несся - почти невидимый на бешеной скорости - над самым пляжем, как вдруг птенец, впервые оторвавшийся от земли, возник у него на пути с криком: "Мама! Мама!" За долю секунды до столкновения Чайка Флетчер Линд успел резко свернуть влево - туда, где стеной возвышалась громадная скала из твердого гранита.
Ему показалось, что скала - это исполинская твердая дверь в другой мир. Ужас, и шок, и удушливая тьма... А потом - покой незнакомого неба, воспоминания, забытье, опять воспоминания и снова - забытье. Было страшновато, а после пришли печаль и сожаление. Очень-очень глубокое сожаление.
И, как в тот день, когда он впервые встретился с чайкой по имени Джонатан Ливингстон, в уме его зазвучал голос:
- Дело в том, Флетч, что мы пытаемся преодолеть границы своих возможностей постепенно, по порядку, не торопясь. Прохождение сквозь камень значится в нашей программе несколько позже. - Джонатан!
- Известный также как Сын Великой Чайки, - невозмутимо произнес его наставник.
- А ты что здесь делаешь? А как же скала? Я что, не того... ну, не это... не умер, что ли? - Ну, Флетч, брось... Подумай: если ты со мной сейчас разговариваешь, стало быть ты определенно жив. Так?
Просто тебе удалось достаточно резко сдвинуть уровень сознания. И теперь у тебя есть выбор. Хочешь - можешь остаться на этом уровне - кстати, он гораздо выше того, на котором ты находился прежде, - а можешь вернуться обратно и продолжить работу в Стае. Их Старейшины, между прочим, так и ждали, чтобы с кем-нибудь из нас приключилось какое-либо происшествие, предпочтительно с летальным исходом. Так что, оставшись здесь, ты их весьма обяжешь. Они и мечтать не смели о столь роскошном подарке, и, главное - так своевременно...
- Понятно. Разумеется, я возвращаюсь. Только-только новую группу набрал...
- Очень хорошо, Флетчер. Помнишь, что мы говорили о теле? Тело есть мысль, облаченная в доступную восприятию форму?..
Флетчер шевельнул головой, расправил крылья и открыл глаза. Он обнаружил, что находится у подножия скалы, а вокруг него толпится вся Стая.
- Ожил! Он умер, и он снова - живой!!!
- Коснулся его крылом! Вернул ему жизнь! Сын Великой Чайки!
- Да нет, он сам говорит, что не Сын! Он - дьявол! ДЬЯВОЛ!!! Да! Он пришел извести всю стаю!
Все четыре тысячи птиц, составлявших толпу, были в страхе. Случившееся напугало их, и потому крик "ДЬЯВОЛ", ураганом пронесшийся над толпой, упал на благодатную почву. Сверкая глазами и зловеще навострив клювы, толпа сжимала кольцо, готовая разорвать их в клочья.
- Как полагаешь, Флетчер, не лучше ли нам сейчас отсюда убраться? - поинтересовался Джонатан.
- Я был бы, пожалуй, не против того, чтобы находиться где-нибудь подальше от этого места...
И мгновенно они оказались в полумиле от подножия скалы, а разинутые клювы обезумевших птиц, сомкнувшись, ухватили только воздух.
- Почему, - недоумевал Джонатан, - почему самое трудное на свете дело - убедить свободного в том, что он свободен и что он вполне способен сам себе это доказать, стоит лишь потратить немного времени на тренировку? Почему так?
Флетчер никак не мог прийти в себя от столь неожиданного поворота событий:
- Что ты сделал? Как мы здесь оказались?
- Но ты же сам сказал, что не прочь оттуда убраться... Или нет?
- Говорил. Но как это ты...
- Очень просто, Флетчер. Так же, как и все остальное: практика.
К утру все в стае и думать забыли о вчерашнем массовом помутнении разума. Но только не Флетчер,
- Джонатан, помнишь, ты говорил как-то - давно уже - насчет любви к Стае, достаточной для того, чтобы возвращаться и учить?
- Помню, конечно.
- Так вот, я не могу понять, как ты умудряешься любить эту тупоумную ораву, готовую в любой момент взбеситься и прикончить тебя. Как, например, вчера...
- Ох, Флетч, кто же такое полюбит? Ненависть и злоба - вовсе не то, что следует любить. Научись видеть в них истинную Чайку, воспринимая то лучшее, что в них есть, и помогая им самим это лучшее рассмотреть. Вот что я имел в виду, когда говорил о любви. Знаешь, как радостно, если это удается! Я, кстати, припоминаю одного очень яростного парня - кажется, его звали Чайка Флетчер Линд - так вот он, когда его изгнали, готов был драться насмерть со всей Стаей сразу. И уже направился было к Дальним Скалам, чтобы там в одиночестве устроить себе настоящее пекло - такой знаешь ли, индивидуальный ад до конца дней. Но вместо этого он сейчас строит свои Небеса, да еще и всю Стаю ведет в том же направлении...
Флетчер повернулся к нему, и в глазах его промелькнул испуг:
- Я?! Я веду?! Джон, что ты хочешь этим сказать? Учитель здесь - ТЫ. И ты не можешь уйти!
- Не могу? А ты не думаешь, что где-то могут быть другие стаи, другие Флетчеры, и что им наставник может быть нужнее, чем тебе? Ведь ты уже нашел свой путь к свету...
- Я?! Джон, я - простая чайка, а ты...
- ...единственный и неповторимый Сын Великой Чайки, не иначе? - вздохнул Джонатан. - Я больше не нужен тебе. Просто продолжай искать себя и находить. Каждый день поближе узнавать свою истинную природу - настоящего Чайку Флетчера. Он - твой учитель. Нужно только понять его и тренироваться, чтобы им быть.
А через мгновение тело Джонатана замерцало, перья его засияли, и он стал таять в воздухе.
- И не давай им распускать обо мне дурацкие слухи. Или делать из меня бога, хорошо, Флетч? Я - чайка. Ну, разве что люблю летать...
- ДЖОНАТАН!
- Бедняга Флетч! Не верь глазам своим. Ибо глазам видны лишь ограничивающие нашу свободу оковы. Чтобы рассмотреть главное, нужно пользоваться пониманием. Ты все знаешь, необходимо только понять это. И тогда сразу станет ясно, как летать...
Мерцание прекратилось. Джонатан растаял в воздухе. Прошло некоторое время, прежде чем Чайка Флетчер смог заставить себя подняться в воздух, где его ожидала новая группа учеников, жаждавших получить первый урок.
- Для начала, - мрачно сказал он, - вам следует понять, что чайка есть ничем не ограниченная идея свободы, воплощение образа Великой Чайки, и все ваше тело от кончика одного крыла до кончика другого - это только мысль.
Молодые чайки глядели недоумевающе. Ну, парень, думали они, не очень-то эта инструкция поможет нам выполнить мертвую петлю.
Флетчер вздохнул и заговорил снова, окинув их критическим взглядом:
- Хм... Э-э-э... Ладно, начнем с освоения искусства горизонтального полета.
И стоило ему это произнести, как он уже понял, что происхождение его друга было ничуть не более божественным, чем его собственное.
- Нет ограничений, Джонатан? - подумал он. - Тогда недалек тот день, когда я соткусь из воздуха на твоем берегу и кое-что расскажу тебе о том, как нужно летать!
Он старался выглядеть строгим перед учениками, но вдруг увидел их всех такими, каковы они были в действительности, он рассмотрел их истинную сущность. Это продолжалось недолго - всего лишь какое-то мгновение, но ему понравилось то, что он увидел, очень понравилось, вплоть до любви. "Нет пределов, Джонатан?" - И он улыбнулся. Начинался его собственный путь знания.

 

НАЗАД
СОДЕРЖАНИЕ

Наш сайт является помещением библиотеки. На основании Федерального закона Российской федерации "Об авторском и смежных правах" (в ред. Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ) копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений размещенных на данной библиотеке категорически запрешен. Все материалы представлены исключительно в ознакомительных целях.

Рейтинг@Mail.ru

Copyright © UniversalInternetLibrary.ru - электронные книги бесплатно